Вы здесь

Александр Пронин. В своем репертуаре. Михаил Берг. Письмо президенту

© Город, 2005

Оригинал текста: http://www.gorod-spb.ru/story.php?st=6374

Эта книга заслуживает внимания хотя бы потому, что ни одно коммерческое издательство обеих столиц не решилось ее опубликовать. Никто не рискнул именем, кроме митьковского «Красного матроса», которому, кроме своих цепей, терять нечего. Это симптоматично.
Не то чтобы о российском президенте так уж ничего и не пишется, но берговское «Письмо» — это не байки Колесникова. Отвергнутое издателями сочинение радикально отличается и от кремлевских проектов, и от творений желтоватой путинианы. Прежде всего тем, что оно глубоко личное. Лично Михаил Берг пожелал сказать лично Владимиру Путину то, что никому другому и иначе не скажешь. Писатель прямо признается, что писать кэгэбэшнику, пусть и бывшему, ему тяжело — но нужно. Причину столь тяжкой необходимости он видит, с одной стороны, в окружающей нас российской действительности, а с другой — в надежде на то, что ровесники, выросшие в окрестностях Таврического сада, смогут друг друга понять. Параллельное жизнеописание, которое разворачивается в письме, делает подобное допущение почти убедительным (нормально читается даже обращение на «ты»). Повесть о двух ленинградских мальчиках получается живой, и невольно начинаешь думать: «А почему бы и нет?» В том смысле, что если бы меня так убеждали, я бы наверняка...
Но тут-то собака противоречия и зарыта. Во-первых, Берг с самого начала просит Путина не совершенствоваться, а уйти совсем; во-вторых, духовную дистанцию между собой и адресатом демонстрирует откровенно. Мол, хоть и общее было детство, но все-таки разное, и каждый оказался на своем месте закономерно. Памятуя о прошлом, автор призывает президента уйти самому, добровольно. То есть вроде бы за этим читается: «как человек порядочный», но на самом деле — ничего подобного. Одним словом, намерение «истину царям с улыбкой говорить» Берг выполняет, но улыбка эта выходит довольно кривой. Что играючи давалось царедворцу Державину, якобинцу Бергу при всем желании не удается. Так что, боюсь, до адресата послание не дойдет. Если не считать таковыми всех прочих читателей.