Вы здесь

Гибридная спортивная война

То, как российские комментаторы вносят бодрую пионерскую зорьку с патриотическими переливами в рассказ о любом олимпийском событии, даже том, где русский - заведомый аутсайдер или вообще отсутствует, напоминает возню  собаки с откопанной ею на помойке отполированной временем костью, в которой жизни нет уже.
Жизни нет и не будет, но собака чует слышимый только ею запах прошлой жизни, и играет с костью, лижет ее, грызет, держит в подрагивающих передних лапах, как сокровище вкуса. И никто не в состоянии объяснить ей, что ее надежды - пустые, кость не обрастет мясом с шерстью, запах былого дурманит голову и превращает мираж прошлого в драгоценность настоящего.
Вот какая-нибудь эстафета в олимпийском бассейне: российские пловцы, скорее всего, займут достойное пятое место, или предпоследнее седьмое, а то и просто не попали в финал. Но это не смущает комментаторов: они азартно соединяют план реальности с планом мечты, и в их комментарии уже плывут не реальные пловцы, они как бы отступают на второй, третий, десятый план, а наши русские чудо-богатыри, вчера вместе со своим коучем Суворовым перемахнувшие через Альпы. И вот они, пожалуйста, во всей своей красе: плывут вместе с оружием и обмундированием, с макетом спутника 1957 года, с Белкой и веселой Стрелкой, с бородатым Циолковским, библиотекарем Федоровым, Гагариным и Титовым в плавательной шапочке, Александром Невским, у которого на веревочке все ледовое побоище.
Плывет все страна в ее скорбных одеяниях реальности по одной безразмерной плавательной дорожке, с хоругвями, ликом Георгия Победоносца, а наш-то, наш! И пока пловцы или гребцы плывут или гребут в реале, в виртуальном соревновании есть только наша Маша или Саша, пять лет назад на каком-то сборе в Саратове показавшие рекордные секунды. На телевизионной картинке одно, в бодром патриотическом комментарии совсем другое: да, мы не попали в финал, но всего лишь из-за 3-5-7 секунд, зато вчера, после дождика в четверг, при прошлом тренере, при советской власти, в дореволюционной России мы еще ого-го как могём.
Комментатор ощущает себя Кашпировским и принцем Гамлетом: все видят густую темную ночь, как купол, опустившуюся на страну, а он - тень отца Гамлета с чеканным профилем Путина, в плавках, под которыми бритые яйца. И он плывет как бы над дорожкой, но впереди всех. Он опережает велосипедистов и пловцов, бегунов и гимнастов на брусьях, пахнущих потом и физкультурой на пятом уроке; он парит в безвоздушном пространстве абсолютной неотменяемый победы. Он побеждает всех, всё и всегда, даже если российского спортсмена нет в зале, нет в команде, нет в природе, его образ, образ воина-победителя с мечом, выкованным из орала, впереди планеты всей, на единственно доступном ему ослепительном бриллиантовом месте. Вне медалей, вне игры, но всегда первый. Наш-то, наш - и упоение в бою, и мрачной бездны на краю - он долгоиграющий победитель на котурнах, освободитель от комплекса неполноценности и спаситель от убожества в одном лице. Три в одном. Так победим.