Выбрать страницу

В кого мы целимся, говоря, что ислам религия террора

Казалось бы, какое дело жителям Саратова, Омска и столицы нашей родины до проблем Франции и того, кто там и кому головы режет? Ведь нам по барабану уголовная хроника пятой республики, французский язык не популярней маньчжурского, но вопросы ислама, мусульман и миграции в европейские страны уже не первый день (погубили-таки старушку Европу) волнуют российскую интеллигенцию.

Потому что на самом деле волнует не Франция, Макрон и эмигранты из Магриба, а своя жизнь. И жгучее негодование по поводу неблагодарных мусульман, которые не хотят жить в тех странах, где ничего, кроме песка, но никто их пророка не оскорбляет, потому что там все (и они тоже)  ниже травы, тише воды, но хотят непременно к «нам», в Европу (вот мы и панъевропейцы). Это и негодование, это и почти нескрываемая ненависть, но не против этих мигрантов из Туниса и Алжира. Осуждая французских мусульман, российский обитатель фейсбука ненавидит своих врагов, своих мусульман, а это три совершенно не связанные между собой группы.

Прежде всего в России ненавидят чеченцев и их индюка с хвостом веером Кадырова. Чеченцев ненавидят за то, что они боятся смерти меньше русских, что вроде как проиграли войну, но как бы выиграли ее. Что ведут себя в Москве как победители, и вообще — наглые спортсмены с одной извилиной и тремя полосами на спортивных штанах.

Упрекая в неблагодарности французских мусульман (лезущих с уставом мечети в наши Нотр-Дамы) русские кидают камни в чеченский огород, тем более, что понимают, что у них рыльце в пушку. Не потому, что несколько веков колонизировали Кавказ, а потому, что хотели бы и Кавказ колонизировать, и чеченцев видеть только с цепями на шее или по телевизору, на фоне Казбека и нагруженного мула. То есть и своё имперское самодовольство удовлетворить, и свою трусость (по сравнению с чеченской борзостью) утихомирить.

Следующий кандидат на ненависть среди мусульман — это, конечно, арабы. Казалось бы, где арабы, где Москва златоглавая, но арабы — враги Израиля, которых Израиль лишил земли и родины (если они палестинцы) и уверенности в себе, если они соседи Израиля, которые воевали с ним, но победить пока не смогли. И разнообразные болельщики государства Израиль (а евреи, как неразменный рубль, сколько их не уезжает, меньше их среди друзей не становится) говорят о французских мусульманах, но целятся под яблочко, а не по центру, в ненавистных арабов, которые никак не могут согласиться с тем, что они лишние и варвары и, значит, не могут рассчитывать ни на землю, ни на родину.

Третья часть — мигранты из Средней Азии, те, что сидят на кассах в Пятёрочке, что метут дворы и делают плов и евроремонты по-узбекски, но их тоже не любят, хотя бы потому, что не любить и презирать кого-то ещё удобно, если тебя не любит и прессует власть, а больше это унижение передать по эстафете некому. Не последние же мы в пищевой цепочке?

Поэтому горячие споры о том, что важнее — свобода слова или уважение (ты меня уважаешь? — вообще-то исконно русский вопрос), это споры о том, как избавиться от унижения, которое мучит не их, а нас. И попутно легализовать свою ненависть и уменьшить страх, выведя их из тени. Нам до их Гекубы как до лампочки, нам бы от своей избавиться и желательно навсегда. Чтобы и империя была, но никого, кроме титульной нации на глаза не попадалось, чтобы и дружба народов под покровительством старшего брата, но никакие чужие народы тут не маячили. Чтобы и волки были сыты, и целки целы.

Персональный сайт писателя Михаила Берга   |

 

© 2005-2021 Михаил Берг. Все права защищены   |   web-дизайн Sastasoft 2005