Выбрать страницу

Путин жестокий игрок

Тем, кто много читает, слушает, смотрит (и думает по этому поводу), причина происходящего с Россией, из которого ей живой, то есть такой, как прежде, выйти затруднительно, кажется, одновременно ясной и при этом, возможно, не до конца понятной, что ли. То есть такое количество интеллектуально зрелых людей каждый день продуцируют версии произошедшего, и почти все или многие из них здравые, и при этом ничего не меняется, а осадок остается.

В чем причина неудовлетворенности? В том, что у любого явления не одно объяснение, а целый ряд. И эти объяснения могут противоречить друг другу или, напротив, уточнять и дополнять, но тут еще важно время. Это как описание человека, который другой в зависимости от возраста, но если описать взрослого человека как юношу, будет вроде как правильно, но несуразно. Или правильно, но не до конца.

Вот только за последнюю неделю сразу несколько вполне продвинутых и популярных интеллектуалов заявили, что причина того, что именуется путинской контрреволюцией, логично завершившейся войной с Украиной, является простейшее желание удержать власть. Мол, как только рейтинги падали, Путин придумывал возможность для мобилизации общества: Грузия, Крым, длящееся второй год вторжение в Украину. Пастухов, Белковский, другие. Казалось бы, резонное объяснение. Разве что опоздало лет на 20.  Хотя если представить, что то же самое было бы сказано, когда либералы пытались вписаться в путинские берега с лозунгом: «Путина в президенты, Кириенко в Думу», вряд ли кто услышал, а услышав, поверил.

А сейчас: что уж ломиться в открытую дверь, утверждая, что Путин ведет войны для сохранения своей власти. Да, наверное. Но ведь так делает не один Путин, Буш-младший начал войны в Афганистане и Ираке для тех же целей, но Америка не превратились в Россию. Да и Трамп, как мы помним, был готов остаться у власти, совершив любое преступление, но ведь не остался же?

И если кто-то думает, что здесь потерян один важный аспект путинской диспозиции, а именно: разве Путина поддерживают ради того, чтобы он остался в власти? Людям-то что от этого? Но любой умник и здесь подберет ответ: те, кто потрезвее скажут, что Путин лестью растравил имперский синдром, и болезнь полыхнула краснухой по всему лицу. А кто резонно ненавидит Россию и русских, скажет что-нибудь про раболепие и жестокость, мол, от страха и не на такое согласились бы. И, может быть, еще согласятся, дай только кровью умыться, да себя поставить выше того, за счет кого самоутверждается очередная инкарнация русской злобы.

И нельзя сказать, что это неправда, но даже если правда, то все равно ощущение необъясненного остается. Потому что люди редко когда выбирают нечто, понижающее их самооценку, и хотя любая война и любая жестокость находит сообщающийся сосуд в массовой душе, все равно, если быть по-настоящему честным, то надо искать объяснение, не унижающее, а возвышающее тех, кто выбрал Путина и пошел вроде как за него воевать.

И хотя это не совсем то, о чем я собираюсь сказать, но готов предложить вот такой возвышающий мотив, начав с того, что Путин игрок. То есть он в любой ситуации, а точнее во всех ситуациях до начала нынешней украинской войны, выигрывал именно тем и тогда, когда повышал ставки, заставляя других игроков за столом пасовать.

В студенческие годы я довольно много играл в карты, в преферанс, немного зарабатывая на карманные расходы, куда реже в покер, но примерно в одной и той же кампании. И вот у меня был партнер, который мне рассказывал, что его очень часто подмывало сыграть в преферанс как в покер. То есть, проигрывая, а он по большей части проигрывал, взять и заявить, типа, «9 треф» (хотя у самого между 6 и 7), в надежде, что партнеры спасуют, и он спасет игру. Но в том-то и дело, что преферанс такая игра, в которой почти все проверяется, а если у вас хорошая память, то вы не только все расклады помните, но и почти все вышедшие карты, и покерный прием здесь не поможет.

Так вот Путин делал именно это: он садился за стол политического преферанса, легко просчитываемого и вполне себе логичного, а сам играл как в покер. Но при этом на такие ставки, что все пасовали и не решались вистовать на его девятерной. Потому что все играли на свои, а он на чужие. Типа, народные.

В принципе уже здесь есть легкий отсвет той поддержки, которую снискал Путин у своего налогоплательщика, ибо, что было ясно буквально с первых его шагов, ставил не на логику и рациональность, а на фарт. То есть противопоставлял тем самым международно принятым правилам – риск и веру в везение. И, думаю, это было то, что взяло первую ноту в аккорде его узнавания как своего.

Я знаю, что сейчас многое поменялось, но даже сегодня если сравнить манеру езды и поведения на дорогах, в каком-нибудь городке штата Юты-Монтаны и в Москве-Петербурге, то ощущение, что сравнивается преферанс и покер у вас, возможно, возникнет. Уважение к правилам в Америке и России несопоставимо, и хотя главное объяснение впереди, в русском континууме невероятно ценится именно фарт, некая избранность, возможность поставить себя над другими и считать, что ты поцелован в макушку ангелом, спасающим тебя при проезде на красный с огромной скоростью. И это очень близко к тому, о чем речь.

В любом случае Путин как игрок был узнан, и не только из-за фраз, типа, мочить в сортире и жевать сопли, хотя и эти фразочки были не только паролем для узнавания одного гопника бескрайним морем гопников по имени Россия. Но и потому, что так попирались правила и выгораживалась территория свободы от них.

Вам это пока кажется слишком заумным? Тогда я продолжу. Вообще игрок, садящийся за стол, где играют в преферанс или бридж, а играющий как в покер, это никогда не случайность. Я уже несколько раз подбирался к этой теме, вспоминая, как иностранцы, приезжавшие в совок в 70-х или первую половину 80-х, легко влюблялись в русско-советскую жизнь, потому что она разительно отличалась от того, к чему они привыкли. И дело было не только в том, что наша жизнь была неизмеримо беднее и куда более убогой в материальном плане, но иностранцы-интеллектуалы, если, конечно, позволял уровень русского языка, моментально окунались в святую воду этого источника, который бы я охарактеризовал как неформальность.

То есть тот, кто пожил довольно на Западе, думаю, может понять, о чем я. О том, что русская жизнь и даже ее подвид в советское время все равно была несравнима по уровню неформальности, отказа, пренебрежения к правилам, и существовала как бы поверх барьеров и писанных законов.

И если говорить о том, в чем русская жизнь выше, лучше и отличается от западной, то именно в этом пространстве упоительной свободы: свободы не сколько от закона  (хотя и от закона тоже), но прежде всего, от диктата правил, в том числе неписанных и не актуализированных.

Это совсем не синоним беззакония и анархизма, хотя очень близко к ним, но это как бы такая свобода поведения и общения, которой нет, возможно, больше нигде, ибо это вполне конфессиональная и культурная данность.

Так вот путинское поведение игрока, ни в грош не ставящего общепринятые правила, это во многом то, что было одной из версий его влияния на путинский ядерный электорат. Потому что Путин противопоставлял пространство, в котором почти каждый русский ощущал себя второгодником и недорослем, пространству, в котором все было на месте, кроме этих дурацких правил, без которых жить очень даже можно.

Не сомневаюсь, что это не только русская черта, а в какой-то мере именно что тот самый Восток. Если вы когда-либо видели дорожное движение в Индии, не знаю, в 60-70-х, где машины едут по площади, как в голову взбредет, и при этом все равно не врезаются друг в друга постоянно, используют какую-то интуицию или что-то близкое.

Да, у этого свойства, этой неформальности, приватности, парения над условностями – огромное число темных и грязных теней и последствий. То есть все эти синонимы беззакония в виде коррупции, асоциальности, запаха ссаки в подъездах, оторванных трубок в телефонах-автоматах, это все то же самое, только с привкусом деревенской жизни, так и не побеждённой городскими устоями и правилами.

Я не хочу сказать, что это главное в том, каким образом Путин победил и увлек за собой огромную страну. Нет, многие другие объяснения тоже работают, но они практически все обладают негативом в интерпретации, но люди предаются самообману, полагая, что в нем есть и толика справедливости. И эта толика в том истолковании путинской контрреволюции, в которой блаженная неформальность противопоставлялась бездушной скучной норме. Норме социального поведения.

И то, что дело не только в путинском ядерном электорате, а в реально существующей прелести русской жизни, я убедился буквально вчера, посмотрев интервью на Forbes политолога Григория Голосова, который мне и многим другим понравился, но больше всего тем, как он ответил на вопрос, почему он не уезжает из России. И Голосов, преподающий в Европейском университете в Петербурге, утверждал примерно то, что я говорил выше. Что особая эластичность социальных правил, позволяет живущему в России ощущать другую и совершенно недостижимую где-либо еще форму свободы. Не политической свободы, ее-то почти всегда в русской жизни нет или недостаточно, но личной, индивидуальной свободы не столько от государства, от которого защититься, конечно, проблематично, но от общества, которое может быть тираном (да и является им) никак не меньше (хотя и иначе), чем государство.

Я не очень знаю биографию Голосова, сомневаюсь, что он имел опыт принадлежности к неофициальной культуре в советское время, потому что пространство неофициальной культуры и было такой квинтэссенцией свободы внутри полной несвободы. Но вне этой оговорки, это только еще одно подтверждение, что эта блаженная неформальность — есть то преимущество, которого лишена западная жизнь.

И, как я сказал выше, путинское обольщение, обольщение фартом и привкусом того, что в негативном смысле именовалось и именуется питерской подворотней, хотя у этой подворотни тоже был свой ареал противопоставления неформального формальному: путинское обольщение никогда не будет понято, если будет сводиться только к негативу, которого, конечно, полно. Ибо и любой самообман – это вариант самовосхваления, а не только унижение. Да, имперский синдром, да упоение силой, особенно если ей противопоставлена слабость, да, все то, что говорится о желании сохранить власть, но причины, по котором Путин был узнан и за ним пошли в тупик такого рода, из которого живые редко возвращаются, эти причины будут неполными, если не видеть как Путин-игрок потрафил очень народному чувства уважения к фарту и парению над законом. Очень часто гибельным и коротким парением, но все равно парением. Да, весьма своеобразным парением для бедных, но ведь и Россия страна бедных людей, сразу в нескольких смыслах этой бедности.

 

 

 

Персональный сайт Михаила Берга   |   Dr. Berg

 

 

© 2005-2021 Михаил Берг. Все права защищены   |   web-дизайн Sastasoft 2005 - разработка, поддержка и продвижение сайтов.