Выбрать страницу

Все на продажу

Некоторое время назад я прочитал один текст на сайте Радио «Свобода», а потом потерял и не смог его найти, хотя хотел освежить впечатление для этой статьи. Название не помню, подписан он был «От редакции», что обычно означает, что его автор кто-то из начальства, по ряду причин не захотевший светиться своим именем. Речь там шла о критике ряда видных либералов, чьи оценки войны в Украине не совпадали с точкой зрения автора (или Редакции).

Скажем, Владимир Пастухов критиковался за то, что утверждал, что происходящее с Россией, начавшей войну на фоне авторитаризма превращающегося в тоталитаризм, это часть общего кризиса мирового капитализма с его отчетливым правым поворотом (оговорюсь, что я пишу по памяти и не все детали, конечно, помню). Очевидно, редакции, за которой был скрыт кто-то из начальства «Свободы», хотелось, чтобы происходящее в России было уникальным. Уникальным сбоем в доминирующей на Западе норме.

Критиковался и известный текст Григория Юдина, в котором тот утверждал, что русские не виноваты в действиях сошедшего с ума русского диктатора, а виноват Запад, своей поддержкой Путина и торговлей с Россией подпитавший амбиции русского автократа и его военную авантюру.

Среди других имен видных либеральных персон, подвергшихся критике, была и Екатерина Шульман, которая на голубом глазу радовалась годовщине каких-то событий, связанных с ее лекциями на Селигере. Мол, никакого стеснения по поводу конформизма — сегодня мы на Селигере, завтра в диссидентском обличии в редакции Бильд.

Хотя более меня изумила критика Александра Подрабинека, который в своём тексте в чем-то упрекал украинцев, увы, вспомнить подробности не могу. Но странно было, что критиковался текст, размещённый на сайте Свободы, то есть как бы свой. Что говорило о трениях между сотрудниками или с бывшим сотрудником: я помню, что Подрабинек работал на радио Свобода, но работает ли до сих пор или просто периодически размещает свои тексты на сайте Свободы, не знаю.

Те или иные аспекты критики можно было признать правомерными, некоторые легко было списать на общий праволиберальный тренд Свободы, для которой левое и леволиберальное в общем и целом — ересь. Но изумила меня другая, проходящая красной нитью идея отчётливого морального осуждения. То есть в каких-то аспектах критика видных либералов была как бы конструктивной или стремилась к этому, но при этом эмоциональным фоном было именно моральное осуждение. Как в случае с Подрабинеком: мол, хватает совести представителю нации агрессора критиковать украинцев, жертв этой самой агрессии.

Хотя вопрос о том, можно или нельзя критиковать жертву, остаётся дискуссионным или, по меньшей мере, требует отдельного разговора. А если не вдаваться в детали, сам статус жертвы не означает вроде как святости, безошибочности и безгрешности. Жертва, безусловно, заслуживает сочувствия, эмпатии, помощи. Но запрет на анализ и критику очень похож на попытку заткнуть рот тем же критикам доктора Лизы или других противоречивых фигур недавнего прошлого, смерть которых использовалась их защитниками, чтобы прекратить поток критики под предлогом уважения к недавней смерти. Ну а потом, понятное дело, критика просто станет неактуальной и ненужной еще больше.

Там были ещё какие-то моменты, что-то по поводу одной писательницы, решившей не издаваться в России, пока идет война, в то время как не все с этим согласились, и это критиковалось в тексте за моральный релятивизм. Но меня изумило, что моральные инвективы исходят от лица сотрудников Свободы, которые на самом деле квинтэссенция расчетливости и корыстолюбия. Речь, конечно, не о том, что они получают хорошие зарплаты от американского налогоплательщика, а то, что они делают на эти зарплаты. И чего на самом деле не делают.

То есть понятно, что русская редакция Свободы обращается к русскоязычной аудитории и целенаправленно вроде как поддерживает либеральную, праволиберальную линию, с позиций которой и критикует (и критиковала все эти годы) российскую власть за сползание в авторитаризм и великодержавие. Казалось бы, все правильно. Но вот какой аспект. За все эти, на самом деле, десятилетия, от сотрудников Свободы никогда не исходило и тени критики по отношению к американским властям. Получалось, что критика российского авторитаризма велась с точки зрения как бы полюса либерализма, олицетворяемого Америкой и ее политикой. Но ведь эта политика за эти же годы и десятилетия не была безупречной, и те или иные аспекты американской внешней политики, скажем, войны Буша в Ираке или Афганистане, подвергались и повергаются критике со стороны демократов и тем более левой прессы Европы. Но эта критика полностью отсутствовала у сотрудников Свободы, те или иные факты, конечно, сообщались, но в принципиально обезличенной объективированной форме. В режиме новостей.

В то время как критика русских властей была и продолжает быть изобретательной, пристрастной и субъективной, потому что именно субъективность представляет собой ту краску, которая способна расцветить безличные политические процессы, где бы они не протекали.

Почему это важно. Потому что если ваши стрелы летят только в одну сторону, возникает подозрение в ангажированности, в конформизме уже другого масштаба, ведь конформизм не исчерпывается стратегиями пропутинских пропагандистов. Потому что пропаганда — это и есть односторонняя и пристрастная критика, которую выводит на чистую воду именно отсутствие, так сказать, обоюдоострости.

В позднем совке был анекдот. Киссинджер интересуется у Валентинина Зорина: вот в нашей стране есть демократия, и я в любое время могу сказать: Рейган — дурак. А вот вы можете это повторить? Могу, отвечает Зорин: Рейган — дурак.

Этот анекдот показывает, почему на самом деле политика радио Свобода всегда хромала на одну ногу, и при внимательном рассмотрении оказывалась пропагандой. Подчас изобретательной, на Свободе всегда работало достаточное число умных людей, которые, однако, не делали ничего, чтобы их позиция приобрела статус неконъюнктурной.

И дело не только в том, что подозрения в продажности и ангажированности подтверждались случаями перебежчиков, когда тот или иной видный журналист московского бюро, как тот же Кулистиков, переходил за бОльшие деньги на противоположную сторону. И с тем же пылом начинал вещать прямо противоположное по смыслу и знаку.

Как уйти из-под купола пропаганды теоретически давно известно: только рефлексия по поводу собственной позиции, когда она точно так же подвергается критике как и то, что якобы свободно и по убеждениям критикует имярек, способно изменить эту ситуацию. Ну, а в случае политической журналистики – открытость для критики вне связи с предметом, что не означает прямо пропорциональной критики России и американских властей, но по меньшей мере обозначение этой перспективы, вместо которой – молчание и изъятие.

Я сам проработал десять лет на Свободе, и одно из первых предостережений, мне сделанных, было: можете критиковать что угодно, кроме русского народа (на это прерогатива только у Бори Парамонова) и американского президента. Но если по поводу американского президента более-менее понятно, Свобода – стопроцентно американская радиостанция, но существует ли в конституции радиостанции запрет на критику американской внешней политики – сомневаюсь. Думаю, это местная перестраховка, да и вообще правый уклон, для которого вроде как светоч демократии, как жена Цезаря, вне подозрений. Но вместе с женой Цезаря в ауте оказывается и беспристрастность работы за хорошую зарплату, которая почти никогда и не отличалась от пропаганды.

Еще один аспект — эффективность. Сегодня, когда после запрета на вещание в России радио Свобода вынуждено массово осваивать профессию ютубера, видеоблогера, отчетливы очень узкие горизонты профессионализма. Если сравнивать с деятельностью, скажем, Conflict Inelegant Team  Руслана Левиева или Bellingcat Христо Грозева, то видна просто пропасть между этими энтузиастами и заскорузлым рутинным трудом профессиональных журналистов Свободы. Понятно, что и Bellingcat получает теперь какие-то гранты, но по сравнению бюджетом Свободы в размере 125 миллионов долларов, это просто слезы. А что сделано? Где замечательные расследовательские проекты, которые могла бы все эти годы вести Свобода, где разоблачения и результаты масштабных исследований? Вместо них усталое лицо пропаганды под видом традиционной журналистики, которая спустилась с котурнов профессионального радиовещания и оказалась мало умелым и мало впечатляющим видеоблогингом начинающих.

Вот такой итог семидесятилетней деятельности: скучная, неизобретательная пропаганда плюс моральный ригоризм со стороны людей, у которых кроме зарплаты больше почти ничего нет. Я был бы не прав, если бы не оговорился, что даже сегодня на Свободе есть умные и талантливые люди, умеющие выкручиваться даже в той ситуации, когда необъективность и политическая ангажированность является зонтиком, под которым ищется рациональное зерно. Но тренда это, кажется, не отменяет.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Персональный сайт Михаила Берга   |   Dr. Berg

© 2005-2024 Михаил Берг. Все права защищены   |   web-дизайн Sastasoft ©2005