Вы здесь

Маракана ликуёт



Валерка Филатов умер тяжело. У него вымогали квартиру, как у человека сильно пьющего и одинокого, он сначала что-то подписал, потом вроде заартачился. Его привязали к стулу посреди пустой комнаты, так и умер.

А познакомились мы в девятом классе математической школы при ленинградском университете. Как и зачем он туда поступил, я до сих пор не понимаю. Он не был математически продвинутым, он вообще был совсем другим. Из простой семьи и был фарцовщиком, гитаристом, битломаном и баскетболистом. Но очень небольшого роста, так, не маленького, миниатюрного, но не для баскетбола.

Он жил на Васильевском, в Гавани, может, потому и поступил в "тридцатку"; был во многом старше нас, имел (или утверждал, что имел) сексуальный опыт, и был невероятно обаятелен. Он не говорил на советском языке - совсем, это была речь, приправленная, конечно, блатной романтичностью и перченой ироничностью, но очень уважительная к собеседнику.

Помню его фирменный трюк: на танцах (а танцевал он блестяще, хотя с какой-то избыточностью движений) он приглашал какую-нибудь красавицу и в процессе танца обязательно спрашивал: "Простите, вы случайно не ебётесь?" С ноткой личной заинтересованности и даже тревоги, не получая за свой вопрос по роже (хотя следовало), и все из-за интонации, которую я натужно пытаюсь передать. Уровень серьезности и доверительности демпфировал оскорбительный смысл. Ну и, конечно, живой веселый ум в глазах.

Думаю, нас, великовозрастных мальчиков, привлекало в нем ироническое знание о той взрослости, которая нас пугала и манила. Ну и, безусловно, редкое языковое чутье в соединении просторечия с иронической пафосностью.

Он всегда находил нужные слова: когда я после школы встретил его за торговлей арбузами в грязном фартуке. Когда мы встречались на сейшенах, когда он просил в долг и обязательно возвращал (кроме последнего раза, но и он, и я уже понимали, что он не отдаст). Но у него как в детстве от удивления взлетали вверх брови, и он потешно морщил лоб, демонстрируя кропотливое желание понять.

Но я, собственно, о баскетболе. О школьном баскетболе. Он был, конечно, капитаном нашей команды 9-"шестого". Он пытался быть этой командой, мог обыграть с восхитительным дриблингом всех пятерых соперников и забить из-под кольца. Но мы ему мало помогали, и увы, почти всегда проигрывали. А он нас пытался сплотить и настроить, повторяя некоторые спортивные штампы, им усвоенные в спортивной школе.

Перед игрой, он собирал нас в кучу, и под крик: "Маракана ликуёт" заставлял топать одновременно в пол ногой. И сразу разбегались, как будто раскрывались лепестки тюльпана. Чтобы произвести впечатление на соперников. Я, кажется, знал, почему ударение было неправильным, но теперь забыл. Возможно, ошибка комментатора, возможно, страсть к пародии. Маракана в тот момент был самым большим стадионом в мире, вместе с "жералом", стоячими местами за один доллар. Ну, а теперь опять. Сказали: Маракана, и я вспомнил нашего Валерку Филатова. Он и умер в той же квартире, в Гавани, в которой жил, пока учился в 30-ке.