Во всем виноват не Путин

Когда тянется и не заканчивается какая-нибудь плохая история, будь это война или эпоха репрессий, взоры многих обращены в будущее, когда эта история не только может, но и обязательно закончится. Но никак не менее (а на самом деле – более) важным является прошлое. Ведь не только мы сами, но и вообще все похоже на телескопическую антенну, мы находится на тонком конце, но и этот конец вышел из куда более толстого и прочного звена.

Формально наше знание и понимание прошлого вроде как ничем не может помочь в будущем или в ужасном, прискорбном, безнадежном настоящим. Ведь прошлое уже произошло, случилось, и как бы мы не пытались его понять, это не поможет нам справиться с настоящим и будущим. Прошлое нет изменить, только представление о нем, чем многие недобросовестные политики и занимаются, переписывая прошлое и пытаясь увидеть, как оно оправдывает будущее. И это действительно так, потому что прошлое – по крайней мере – задает направление, и здесь уже сравнение с телескопической антенной перестает работать, потому что только на плоскости все линейно. А на самом деле позади много поворотов и каждый из них так или иначе влияет на происходящее.

Вот либеральная российская эмиграция в числе наиболее думающих ее представителей, не только говорит о прекрасной России будущего (хотя образ Навального к ним по разным причинам имеет очень отдаленное отношение), но и постоянно оглядывается назад, пытаясь увидеть, где, когда, почему был сделан необратимый поворот, системная ошибка, после которой вроде как почти демократическая и уж точно не репрессивная Россия превратилась в вариант диктатуры. Да и еще такой, которую поддерживают или по крайней мере сосуществуют при ней как ее часть почти все каких-нибудь четверть века назад твердившее о невозможности вернуть пасту в тюбик, вернуться к советским временам. А тем не менее это возвращение состоялось и продолжает движение как бы вспять.

Хотя это конечно, не буквальное повторение прошлого хотя бы потому, что в совке не было частной собственности, не было полюсов сверхбогатых и очень бедных, да и обратная перспектива была другой. Смотреть назад, скажем, из 70-х, означало видеть либо отечественную или даже гражданскую войну, в лучшем случае послевоенные годы, а никакие не горизонты перестройки, в которую никто не верил, в том числе и те, кто приложил к ней руку.

Однако если вы посадите вместе все говорящие головы аналитиков российской эмиграции, то они на ответ, когда же произошла ошибка, когда был сделан роковой поворот, уже необратимо ведущий к авторитарной диктатуре, войне по сути дела со всем миром (или ее цивилизованной части – здесь нужны кавычки, по крайней мере, интонационные), то боюсь, что вам предложат одну из точек, на которой уже будет находится Путин. Разгон НТВ, дело Юкоса, или еще раньше – взрывы в Буйнакске, Москве, Волгодонске, Рязани, с которых началась вторая чеченская война и та мобилизация еще вполне расслабленного ельцинской эпохой общества. Ну а самые прозорливые, просто рубанут с плеча и скажут: да все началось с Путина, его избрания преемником Ельцина, что разрушило непрочную российскую демократию, да и все остальное.

Но даже если и так (хотя это не так): почему был выбран именно Путин, невнятный, блеклый и в меру исполнительный чиновник, никогда не забывавший о собственных интересах, а не, скажем, Немцов или еще какой-то вполне более отчетливый человек?

И тут я предложу переключить внимание и увидеть похожие явления, ну, например, с выбором в качестве своего лидера Трампа, или Нетаньяху, или Бориса Джонсона с его Брекзитом? Или еще какого-нибудь современного правителя, на которого часть населения смотрит с ужасом, как на слабоумного маньяка и злодея, а другая часть продолжает его боготворить, не смотря на всю кучу несообразностей, им творимых и дискредитирующих не только его самого, но и тех, кто его избрал, да и саму ситуацию в обществе, сделавшую это возможным.

И тогда Путин хотя бы отчасти теряет свои черты уникального злодея и при этом человека без свойств, не умеющего говорить, интеллектуально настолько невинного, что первые попавшиеся ему исторические данные он решает возвести в абсолют и ими оправдывает то, что ни прошлым, ни его любой интерпретацией не оправдывается.

И если быть честным с самим собой, как бы не позорен и ненавистен был и есть тот или иной политический лидер, мы должны согласиться, что он пришел не сам по себе, его привела за ручку эпоха в состоянии общества, которая сделала этот выбор возможным, допустимым и кажущимся прекрасным для тех, кому не переименование Ормузского пролива, Мексиканского залива, озер и рек, как и возможность заработать на правительственных инсайдах за неполные два года большое состояние – не кажется таким уж вопиющим.

Нет, ни Путин, ни Трамп, ни Нетаньяху или Эрдоган не пришли бы к власти, если бы предшествующая эпоха не было наполнена вопиющими ошибками. Если бы те же американские демократы, почему-то посчитавшие, что их вариант либерализма – это и есть единственно возможное будущее, не сделали бы акцент на политкорректности и выдвижении вперед проблем меньшинств. А увидели бы, что огромная часть населения Среднего Запада и Юга живет с совершенно другими и вполне материальными проблемами. И ощущают себя в каком-то перевернутом мире, из которого, как из дома с горящей крышей, надо выбираться любым способом. Это способ и был Трамп, несистемный политик, политик-клоун и не интеллектуал ни разу, вообще вопиюще безграмотный и неосведомленный, хотя и самоуверенный до нарциссизма человек, в котором те, кому, как оказалось, не по пути с #MeToo и поисками сексуального равноправия, так как они продолжали жить в таких сегментах общества, где ценности были и остаются другими.

В этом смысле Путин ничем не отличается от Трампа. То есть отличается, конечно, как Россия отличается от Америки, но не отличается тем, что его позвала не только или столько эпоха, которой понадобился доверенный с репутацией охранник их капиталов, но и вообще, типа, Робин Гуд (хотя он ни разу не Робин Гуд), но все равно тот, кто скажет, что перестройка была обманом, способом ценности и средства де-факто принадлежавшие красным директорами и партийной верхушке сделать средствами де-юре, способными быть, наконец, переданными по наследству. Да, для этого понадобилось сломать убогую советскую систему и дать людям игрушку в руках, вроде демократии, которую как бы дали подержать, типа – поносить, зная, что на короткое время и все равно продолжая почти все контролировать и направлять.

В любом случае перестройка и все правление Ельцина и породило огромное количество несправедливо обиженных и обделённых людей, которые с ненавистью стали смотреть, как вчера народная собственность становится личной собственностью комсомольских секретарей, обкомовских инструкторов, куривавших если не все, то многое кагебешников, и, конечно, ничего не простили. Это, не говоря о том, что и типологически путинская эпоха вышла из чрева ельцинской, которая многое попробовала сама – и войну чеченскую для мобилизации патриотизма, и спор с Западом по поводу истинной-неистинной демократии и вмешательство в дела близкой к России Югославии, и постепенное, неуклонное превращение президента в царя. Только Ельцин был царь как бы добрый, пьяный и добрый, потому что ему и не надо было никаких репрессий, достаточно было пугать всем красно-коричневой угрозой, реваншем совка и прочего, что было ширмой, за которой Балаганов и Паниковский пилили гири народного состояния.

Но я бы не сказал пусть не самого важного (мне неизвестна здесь иерархия ценностей и право первенства), но просто важного: что сначала ельцинскую, а потому и путинскую эпоху бывшей номенклатуре помогала стать на ноги и все организовать та самая интеллигенция, которая самолично или в виде потомков своих более успешных родителей сейчас клянет путинский режим в эмиграции. Потому что именно этот слой научил номенклатуру, изначально безъязыкую, языку обеспечения и объяснения своих позиций с помощью риторики и пропаганды, на которые у номенклатурных чиновников не хватало ни ума, ни знаний. Но они учились, и скоро заговорили так, будто имели право на то, что стало их якобы по случайности, а на самом деле с той подменой понятий, которое всегда идет после революций (мирных или не очень), но заключающихся в том, что власть и деньги переходят в новый статус и к новым владельцем.

Но еще одна важная деталь, которая никогда не будет прощена, это то, что с радостью выбрав новых богатых как своих работодателей, представители перестроечной интеллигенции оставили в прошлом чисто интеллигентскую фишку — заботу о тех, кто слабее и кому хуже. Ведь этого не было совсем, потому что перестроченная интеллигенция наследовала советской, которая устала от служения гегемону, которая ненавидела все это каждение маленькому человечку и решила, что перестройка – это такая процедура, когда иллюзии остаются позади. Нет и не нужно никакой заботы о тех, кому хуже, потому что наконец-то наступило время, когда за ум и знания начали платить хорошие деньги. А если нет ума и знаний, то иди побирайся или работай за гроши, ты нам неинтересен, как неудачник, как банкрот, как тот, кто ничего не умеет.

Но тех, кто не умел нажиться на перестройке оказалось слишком много. И они копили свою ярость и ненависть, и когда Путин – а он это сделал буквально сразу – просигналил флажками, подмигнул, намекнул на то, что какой-нибудь Жириновский говорил еще раньше: мы за русских, мы за бедных – он и был узнан. И именно эта среда неудачников приватизации и залоговых аукционов, узнала в Путине того, кто если не спасет их, экспроприируя экспроприаторов (потому что Путин экспроприировал все в своих и своего круга интересах), то по крайней мере отмстив многим, показав на их место у параши.

И, конечно, можно теперь сетовать на близорукость провинциальных людей, живут ли они на Среднем Западе, или в русской провинции или в тех же столичных городах, но только видели по ящику, как и по каким каналом потекло народное добро в коробки из-под обуви, но они выбрали Трампа, которые обещал осушить Вашингтонское болото, Нетаньяху, который обещает отдать поселенцам земли этих недолюдей-палестинцев, или Путина, который, рассказывая плохо сложенные сказки про Владимира Святого и крещение Руси, доказывал, что и они имеют право смотреть на всех сверху вниз, потому что он аккумулировал всю силу и теперь исправит то, что было опорочено.

Да, кто-то отметит, что это были фальшивые фейерверки, что огней было много, но шерсти и смысла мало. Что для управления, а тем более изменения государства нужны качества, которых изначально не было ни у Путина, ни у Трампа, что им не удастся постелить себе соломку, ибо когда они начнут падать, это будет очень больно. Но кроме этого – не будет ничего. Никакой справедливости, никакой осушки вашингтонских болот, никакого наказания виновных, а просто еще одна ширма, за которой уже другие люди пилят гири.

В лесу раздавался топор дровосека. Вы слышите этот звук? Больше ничего и не будет. То есть рано или поздно кончится война, кончится эпоха репрессий, и совсем другие люди явятся в белых одеждах спасителей, но никого кроме себя не спасут.

Нет такой задачи в задачнике. И не будет.