Главная » Архивы для M Berg

Прошла зима, настало лето, спасибо Путину

от | Янв 25, 2019 | Статьи 2015

Есть вещи, за которые можно быть искренне благодарным Путину и РПЦ. Благодаря первому сейчас начинает исправляться историческая несправедливость. В соответствии с ней в советском и постсоветском обиходе режим Гитлера, с легкой руки Сталина, называли фашистским, хотя был он нацистским, а еще точнее — национал-социалистическим. А правящая партия (в дополнение к перечисленному) была еще рабочей. Что Сталину, понятное дело, не нравилось из-за почти точной рифмы, и он предпочел перевести стрелки на велеречивого растяпу Муссолини. Но теперь, когда путинский режим все менее отличим именно от муссолиниевского фашизма (да и убийство Немцова стало горным эхом убийства депутата Маттеотти, примерно за то же самое — за обвинения в фальсификации выборов), разницу между фашизмом и нацизмом многие поймут на себе, запомнят и не будут называть чужих своим именем. Пусть не бог знает что, но точность всегда приятна.
Что же касается РПЦ, то у меня раньше вызывало легкое недоумение страшное раздражение (справедливее сказать, ненависть), обрушившаяся на головы попов после октябрьской революции. Ну, жировали, лицемерили, блудили. Да разве они одни? Но срывать кресты, сбрасывать наземь колокола, жечь иконы, публично вешать попов на гулких колокольнях, живыми закапывать в мать сыру землю? Откуда ярость в ленивом нраве русского человека? Неужто прав был Горький, подозревавший русского крестьянина в патологической жестокости? Но сегодняшняя РПЦ всеми силами исправляет неточность восприятия. Я не говорю о забытых проделках патриарха с нанопылью и часами, водкой и сигаретами, но суд над постановщиками оперы «Тангейзер» по дебильному доносу новосибирского митрополита, но запрет «Метели» Пушкина по вескому слову местного батюшки в Ижевске, но срыв уязвленными верующими спектакля «Идеальный муж» в МХТ Чехова (да и вообще сверкающий петергофский фонтан доносов от священников и православнутых по любому поводу) многое проясняют без лишних слов. Просто достали до диафрагмы. Спасибо, а то бы так и остался непросвещенным. 

О сексуальности

от | Янв 25, 2019 | Статьи 2015

Сексуальность похожа на пулемет, стреляющий во все стороны одновременно, при тайном, интимном расчете только на одну, но золотую рыбку. Именно на первой половине основана идея порнографии, которая и есть сексуальность в чистом виде, без тщетных попыток найти тень кошки в пустом бассейне: то есть добыть из сексуальности субъективность. Порнография — общение мужского и женского (в гетеросексуальном варианте, конечно) без тени личного. Пушкин, любивший поговорку: либо на хуй сесть, либо рыбку съесть —  на самом деле дал формулу разграничения порнографии и эротики, хотя и уверял, что дамы предпочитают два в одном: шампунь и кондиционер одновременно. На самом деле об этом многие русские пословицы и поговорки, например: лучше синица в руке, чем журавль в небе. Таинственность и многозначительность (как в «Алисе в Стране чудес») очень часто скрывают обостренную и запретную сексуальность.
Ну а о том, что порнография (синица, процесс освобождения от спазмы возвышенного) — патентованное средство от страха смерти, я писал еще в той жизни.
 

Маска Гиппократа

от | Янв 25, 2019 | Статьи 2015

Те, кто говорят о сумасшествии попавшего под санкции Александра Дугина — ошибаются. Я его знал, несколько раз подробно беседовал, а познакомил нас Сережа Курехин, бывший в тот момент под таким влиянием Дугина, что в другой сфере это идентифицировалось бы как пылкая влюбленность. Было это 20 лет назад, так вот уже тогда Дугин совмещал два противоречивых качества: точно такой же (если не больший, измерить трудно) градус восторженного мракобесия и хорошую философскую эрудицию, особенно в европейских теориях национализма. Последнее и было причиной спазматической увлеченности создателя «Популярной механики» (до знакомства с Дугиным полагавшим, что умное — это то, что ему известно). Первое же было вопиющим и никогда не скрываемым, так что Дугин — кто угодно, только не сумасшедший и не шарлатан. А вполне убежденный и последовательный сторонник теории утопического русского национализма, более, правда, похожего на сказания о граде Китеже, чем даже восхищенное воспевание реального народа.
Изменился за эти годы не Дугин, а Россия: то, что напоминало легкое воспаление мизинца правой ноги из-за тесного ботинка и сбившегося носка, стало гангреной большей части тела. Из-за чего экзотическое, утопическое и малозначимое стало мейнстримом, что само по себе и не ново. Новое — нечувствительность тела к болезни: его пугают ампутацией головы и будущим чучела в историческом музее, а ему не страшно, потому что омертвением затронуты те нервные окончания, что и должны сообщать об опасности. Но Дугин и его взошедшая над кремлевским небом звезда, конечно, не причина и не следствие — это просто яркий симптом, типа дыхания Чейн-Стокса или маски Гиппократа. Но где зеркало, в котором больной может себя увидеть?

Семафор с термометром

от | Янв 25, 2019 | Статьи 2015

С чем можно сравнить удивительное даже в нашу эпоху, делающую удивление ненужной роскошью, поведение длинного политика с короткими интеллектуальными возможностями, но огромным желанием их демонстрировать? Он вспыхивает каждый раз, когда иллюзорная оттепель стучится в слюдяное оконце нашей избушки, вылезает в полный рост на свет, машет руками, призывая считать его нашим представителем, отцом родным и даже защитником. А как только оттепель оказывается тем, что есть — случайным порывом ветра без долгих намерений, как складывается в три погибели, замолкает без объяснений и исчезает до лучших времен. Тем, кто ищет утопленную кнопку на затылке под прядью волос или шнур для дистанционного управления, ползущий ужом из-под пиджака, я говорю: не оскорбляйте электронику подозрениями — она встроенная, врожденная, она не виновата, что отрегулирована как семафор с термометром и срабатывает каждый раз, когда по рельсам погромыхивает колесами поезд и дует теплый ветерок надежды. В некотором смысле мы должны быть ему благодарны — кто с такой детской непосредственностью смог бы безостановочно, как Ванька-встанька, экспонировать стиль эпохи с ее волшебным превращением живого в неживое по формуле Тертуллиана: не стыдно, потому что постыдно, оттого и заслуживает веры, что бессмысленно, несомненно, потому что невозможно.

Последнее китайское предупреждение

от | Янв 25, 2019 | Статьи 2015

Оригинал текста 

Теперь, после убийства Немцова (и расследования убийства, более похожего на издевательство), убитого, в том числе, дабы запугать оставшихся и/или выдавить их из страны, число тех, кто мучительно решал: валить — не валить? пора — не пора? — естественно, возрастет. И так как война с вменяемой частью общества действительно вошла в иную, куда более горячую фазу, то, значит, и тех, кто не ощущает себя воином, кто быть героем никому не обещал, станет больше. На что каждый, безусловно, имеет полное право.

И, однако, понимая это, я приведу один аргумент, который не направлен на то, чтобы отговорить от эмиграции, всегда казавшейся мне (и даже сегодня на грани стремительно приближающегося дна пропасти) тяжелым испытанием для людей, серьезно относящихся к себе и своей жизни. Для тех, кому есть, что терять. Потому что если терять нечего, то все однохуйственно: ехать-не ехать, оставаться, уходить в глубокое подполье, стать конформистом, убить в себе все живое, позволить убить себя, как Немцов.

Так вот о тех, кому есть что терять, у кого немало чего за душой, скажем, специальность, карьера, семейная консервативность быта, самоуважение, не говорю об амбициях, что с предыдущим имеет лишь стилистическое разногласие. Мой пристрастный опыт.

Я не буду ничего говорить о преимуществах западного мира (хотя уровень вестернизации и социализации везде разный, и суровая протестантская страна отличается от веселой и разгильдяйской католической, как тюрьма на Гавайях от тюрьмы в Магадане. В любом случае социальной предсказуемости, вежливости, дистантности, формальности, ритуальной однородности будет явно больше, чем в российском государстве, то ли разыгрывающем буйного, то ли раньше умело изображавшем ремиссию. Но в любом случае далеком от нормы, как Коперник от солнца.

И все-таки скажу о самом важном, на мой взгляд, разочаровании, которого может ожидать каждого (почти каждого, многих, некоторых) в свой час, если вам не чужда проницательность и элементарная человеческая гордость, что ли. Хотя если с проницательностью у вас проблемы, а гордость не беспокоит, то и здесь встреча, пожалуй, не менее вероятна. Социум разный, человеческая природа одна. Да, на Западе она обернута в 22 слоя хрустящего целлофана вежливости, осторожности, предупредительности, неписаных (и писаных) правил поведения и прочих церемониальных атрибутов, которых нам так мало на родине и будет так много вне ее. Но сколько целлофана не наверчивай, природа под ним человеческая.

Что я имею в виду? Есть приемы, которые употребляют все люди вне зависимости от уровня интеллекта, образования, культурных и прочих предпочтений, возраста и пола. Для краткости назову и опишу самый простой прием — самоутверждение за счет нижестоящего. Да, если вы не черный подросток в неблагополучном районе, не нелегальный эмигрант в Техасе, не дилер экстази и не сутенер белорусских несовершеннолетних проституток, привезенных в морозильной камере для устриц — бояться полицейского, человека в форме и с ружьем вам не надо. А вот опасаться милой пожилой, очаровательной, средних лет, молодой ядреной девахи, старой девы-начальницы или старого пердуна, симпатичного плейбоя, хипстера-начальника вам надо обязательно, потому что он будет утверждаться за ваш счет с большой вероятностью, будет осторожно унижать и показывать свою власть, будет учить вас тому, что знает, возможно, в тысячу раз хуже вас, и будет делать это вежливо, с улыбкой, спокойно, строго, но делать это будет почти наверняка.

И здесь вы обнаружите куда большее равенство между совком, горбачевской перестройкой, путинским сумасшедшим режимом, эпохой военного коммунизма и любым видом демократии — от старой, почтенно англо-саксонской, как любят отмечать у нас, до новой, только что из чистки, бывшей социалистической аля Болгария или ГДР. Психология бесплатного, но приятного самоутверждения за счет того, кто не может тебе ответить сторицей, да и вообще не может ответить — универсальная забава.

В России унижают, безусловно, чаще и грубо (хотя и здесь унижение дифференцируется от уровня образования, возраста, прихоти и воспитания), здесь вас ударят ржавой трубой по голове за мятую сотню, не помыв рук и не обернув трубу газеткой. На Западе руки будут чистыми, душ два раза в день, белье чистое, хоть сейчас в койку с рекламной дивой. Но иерархическое деление, лестница власти и ее преимущества, а также извлечение из более высокого положения не только материальных, но и психологических выгод так же неизменны, как присловье: прошла зима, настало лето.

Поэтому ехать-не ехать, валить-не валить, на мой взгляд, правильнее решать исходя из простейшей формулы: увеличится или уменьшится уровень психологического унижения из-за изменения положения в социальном пространстве. Не только и не столько психологическое унижение, как гражданина безумного государства. Сколько локального, группового, служебного. Путин, открою вам тайну, отвратителен в отдалении никак не меньше, чем вблизи. Ощущение причастности к радостному падению в пропасть — тоже. Да и Буш, как мне кажется, стал бы Путиным, кабы не указанная уже разница социальных пространств. Все эти институты, с кучей служебных слов — гражданское общество, разделение властей, независимость суда (и прочий джентльменский набор либерала). Но на качество человеческого материала это оказывает, согласно моему опыту, минимальное (если вообще ощутимое) действие.

Социальная позиция — позиция эшелонированной обороны от унижения со стороны вышестоящих. Тем, кто сравнивал невысокое место в Риме и престижное в провинции, тем более у моря, я сказал бы про другое: место, где тебя меньше унижают (в качестве бонуса разрешая унижать других), лучше открытого всем ветрам в любой столице любого мира.

И еще не дайте сбить себя с толку пустым разговорам про спасение детей: вот уж кто никогда не скажет спасибо за переезд в подростковом возрасте, который лучшая стартовая площадка, дабы стать наркоманом, психопатом или социопатом. Я жил при совке, уволенный отовсюду, работал в кочегарке до самой перестройки, ходил, как говорится, под статьей, но был счастлив и свободен (и молод), несмотря на постоянную угрозу ареста. В том числе потому, что жил среди таких же счастливых (малая верифицируемость этого определения на мой счет, пожалуйста) и свободных (второй фол) людей. Понятно, что времена не повторяются. Но как бы не был неудачен и размашист мой словесный выбор, мы все равно носим своего палача с собой в кармане, куда бы нас не занесла судьба.

А все остальное прилагается, только учиться придется с самого начала и самой трудно дающейся дисциплине — жизни в социуме с другими и жесткими (в отличие от России) правилами и теми же константами человеческой психологии. Но без той главной прелести дурацкой российской жизни, которую чаще всего определяют, как неформальность: свободу от неукоснительного следования нормам, пластичность и асоциальность. Беда и одновременно радость в одном глотке, порок и уникальное преимущество. Но если сказанное — непонятно или закономерно не вызывает доверия (чужой пример — кому наука?), то можно пробовать, почему нет, жизнь все равно одна.