Статья Ходорковского-Каспарова без обиняков объясняет, почему конец путинского режима не близок, если вообще возможен. Потому что путинский режим может существовать и после Путина, и без него. Можно, конечно, сказать, что в этой статье вообще ничего нет, кроме заявки на переходный орган, в котором кому-то хотелось бы застолбить для себя место. Но самое главное: в нем нет даже тени покушения на то, из-за чего путинский режим появился.

Это ролик сугубо специальный, для тех, кто в теме. Кому интересны не только мои тексты, но и ролики на YouTube. Хотя я немного рассказываю о своей работе на радио «Свобода» четверть века назад, но речь идет о звуке. О попытках добиться совершенства, которое от меня ускользает везде, в том числе в такой, казалось бы, узкой области как запись звука.

Ровно полгода назад, 17 июля, я написал статью под названием «Арестович, душечка», в которой попытался сформулировать причину своеобразия и успеха Арестовича. И после этого, как у меня часто бывает, слушать Арестовича практически перестал, так как не умею заниматься платонической любовью, а раз текст написан, думать в эту сторону уже непродуктивно.

Удивительным образом глубина и отчасти структура пропасти, в которую, набирая скорость, катится Россия, можно осознать по косвенным уликам – третьему сезону сериала «Джек Райан».

Это интервью о моем отношении к Крыму, его советскому прошлому и оккупации Россией, перспективам деоккупации и тем проблемам, которые при этой деоккупации могут возникнуть.

Попытаюсь объяснить, почему у меня вызывают претензии практически все отклики медийно активных российских оппозиционеров на войну в Украине и почему это — пропаганда, только кажется, что помогающая Украине. И вообще находящаяся на светлой стороне.

На шкале восторженность-скептицизм я занимаю укорененное место скептика. И не только из-за личных качеств, а в том числе по причине доминирующего свойства моего поколения (или его части), в котором по причине созревания в совке сложилось тотальное неприятие всего, что даже отдаленно похоже на пафос или положительный пример. Только (или преимущественно) негатив. Или хотя бы скепсис.

В одной из заключительных серий исландского сериала 2015 года Trapped (Капкан) дается характеристика одного из отрицательных героев, пока еще уроженца Литвы. Перечисляются его преступления и через запятую, с упоминанием торговли  несовершеннолетними девушками из Африки, зачитывается «был в Санкт-Петербурге».

Всю жизнь я наблюдаю за этими ребятами, которые шумной, тесной толпой, в которой никого лишнего, с шутками пробираются наверх по эскалатору, пока ты, перебарывая усталость, идешь вниз. Вниз по эскалатору, идущему наверх.